Logo
АЛАТАУ ЖАРЫҚ КОМПАНИЯСЫ
КРУПНЕЙШАЯ РЕГИОНАЛЬНАЯ ЭНЕРГОПЕРЕДАЮЩАЯ КОМПАНИЯ
Входит в холдинг АО Самрук-Энерго

26 июля в силу вступает Закон «Об энергосбережении». О подробностях нововведений, таких как проведение энергоаудита для компаний, вошедших в государственный энергетический реестр, «Къ» побеседовал с главой компании АО «Казахэнергоэкспертиза» при МИНТ РК, которая может стать оператором этого реестра, Сунгатом Есимхановым.

– Сунгат Куатович, помню, первые публичные слушания законопроекта проводились еще в 2009 году в Алматы. Почему так долго шел процесс обсуждения?

– Вообще, первый Закон «Об энергосбережении» был принят в 1997 году, но там не были доведены до ума основные нормы. Кроме того, в то время энергосбережение не стояло в приоритете. Потом, когда в 2009 году был инициирован новый закон, затрагивающий интересы разных слоев населения, бизнеса и требующий бюджетных затрат, он долго проходил обсуждение. В 2009 году он был внесен в парламент, но после был отозван в 2010 году для отработки спорных моментов и его отправили на доработку. В 2011 году он прошел все стадии обсуждения в парламенте, межведомственных комиссиях, открытых круглых столах с участием НЭП «Атамекен». В конце концов он был принят в прошлом году парламентом и подписан в январе президентом.

Необходимо учесть, что этот закон является тем инструментом, который призван изменить наше отношение к энергоресурсам, которые мы имеем сегодня. Такие вещи никогда не происходят быстро. Этот процесс по своей сложности с легкостью можно сравнить с процессом перехода нашей страны на рыночные условия рынка. Да и к тому же, смотря более широко, этот вопрос касается энергетической безопасности Казахстана, напрямую влияющей на независимость страны, о чем постоянно говорит наш президент. Это вопрос конкурентоспособности сейчас и в будущем и касается каждого предприятия Казахстана в условиях интеграции экономики Казахстана с глобальными рынками. Предприятия это должны понять уже сейчас.

– Какова основная цель принятого закона?

– Повысить энергоэффективность экономики страны. Здесь самым агрегированным показателем является энергоемкость страны, и в прошлом году руководством страны была поставлена цель ее снизить. В результате пошел параллельный процесс разработки комплексного плана мер по энергосбережению до 2015 года, в нем наша организация в качестве подведомственного предприятия МИНТ принимала активное участие. Если закон прописывает законодательные функции, то в комплексный план включены такие пункты, которые необходимо отрабатывать в течение будущих трех лет: стимулирующие меры, подготовка кадров. За основу закона, который писало Министерство, был взят международный опыт. Согласно основному положению документа, будет создаваться государственный энергетический реестр (ГЭР). Туда будут входить все крупные предприятия страны, которые потребляют более 1,5 тысячи условного топлива, это около 12 миллионов киловатт-часов, если говорить об электрическом эквиваленте. Таких предприятий в стране около 2 тыс. Также в него войдут все государственные учреждения. Реестр с 2013 года вступает в силу, утверждаются подзаконные акты: правила ведения и формирования этого реестра. Те предприятия, которые войдут в ГЭР, должны будут ежегодно отчитываться о проведенных мероприятиях по энергосбережению и энергоэффективности.

– Кому они будут отчитываться?

– Правительство в этом году определит оператора, который будет вести этот государственный энергетический реестр. Пока воп-рос находится на стадии обсуждения, одним из вариантов является наша организация, но есть другие предложения. Поэтому еще есть время до определения оператора, что должно произойти осенью. Контролирующим органом будет МИНТ.

– Какие еще требования установлены в законе?

– Главным требованием является обязательное проведение энергетических аудитов для компаний, находящихся в реестре. Они будут обязаны его проводить один раз в пять лет.

– А кто будет его проводить?

– Его будут проводить частные компании, так как в этой сфере будет создаваться конкурентный рынок. Сейчас для этого формируются подзаконные акты, правила аккредитации компаний, которые будут проводить аудит. Требования к ним будут в ближайшие два-три месяца утверждены, и уполномоченный орган в лице Комитета энергетического надзора МИНТ будет аккредитовывать эти организации. Это предполагает еще одно направление бизнеса, которое может развиться, потому что нужно проводить его квалифицированно с применением инструментального обследования.

– Рынок уже развит в этом направлении?

– Компании есть, работа ведется в разных направлениях. Есть международные фирмы, которые участвовали в пилотных энергоаудитах 4-5 предприятий страны, которые были проведены в процессе разработки комплексного плана.

– А казахстанских – меньше десятка. Насколько быстро, на Ваш взгляд, рынок будет пополнен казахстанскими компаниями с учетом законодательных требований к аудиторам и высокой ценой на оборудование?

– Здесь мы не ожидаем никаких проблем. Потенциальных местных компаний, желающих заниматься энергоаудитом, очень много. Это ведь новый рынок.

– На каких предприятиях прошли пилоты?

– К примеру, на Аксуском ферросплавном заводе. Это самый крупный потребитель электроэнергии в стране, потребляет 5,6 миллиарда киловатт-часов в год. Туда для аудита привлекали немецкое энергетическое агентство DENA. Кроме того, Петропавловский завод тяжелого машиностроения проходил энергообследование, там тоже немцы потенциал для энергосбережения выявляли. Наш энергетический институт в Алматы привлекался для обследования АО «Химфарм».

– А кто платил за это?

– Там было частичное государственное субсидирование, но в основном платили сами предприя-тия, которые были заинтересованы первыми узнать состояние дел.

– Сколько примерно это стоило?

– Для Аксуского ферросплавного завода это была достаточно крупная сумма, около ста тысяч долларов, остальные заводы платили на порядок меньше. Цены были пилотные, так как это были первые пробы. В дальнейшем цены будет определять рынок. Поэтому сейчас сложно говорить, сколько будет стоить энергоаудит в будущем. Но для крупных предприятий, таких как Аксуский ферросплавный завод, это небольшая сумма.

– Но есть же опыт других стран, например России, где этот рынок уже работает. Каковы суммы, затрачиваемые предприятиями на энергоаудит в РФ?

– Не существует какой-либо фиксированный цены на энергоаудит, так как она напрямую зависит как от самого предприятия: его энергопотребления, численности рабочих, наличия филиалов и так далее, так и от глубины энергоаудита.

– Какие еще стандарты заложены в законе?

– В него был вписан стандарт по обязательности введения системы энергоменеджмента ИСО 50001, «Управление энергопотреблением». Подобная норма есть в мире только в Японии, и у нас в стране это посчитали нужным для тех предприятий, которые войдут в реестр. Внедрение стандарта обязательно для них с 2014 года.

– По нашим данным, стандарт еще даже не переведен. Успеют ли компании внедрить его?

– Он давно уже полностью переведен и сейчас проходит последние согласования.

– Здесь тоже будут аккредитоваться консалтинговые компании, внедряющие этот стандарт?

– Да, Комитет технического регулирования (Госстандарт) будет аккредитовывать организации, занимающиеся этим. В этом году будет принят государственный стандарт в сфере энергосбережения и будет открыт еще один сегмент бизнеса таким образом.

– Не будет ли это слишком затратно для бизнеса?

– Мы изучали международный опыт. Компании, внедряющие и использующие эти стандарты, получают экономию затрат от 3 до 15% в энергопотреблении. Это такие компании, как Тойота, где итак менеджмент налажен, и нашим компаниям стоит задуматься над этим, прежде чем пренебрежительно относиться к нововведению. Простой пример в таком стандарте – это выключение света в офисе, отслеживание использования лампочек, проще говоря, мониторинг. В других странах этот стандарт доброволен, но в Европе он активно применяется. Там энергосбережение очень развито из-за дороговизны теплоснабжения и электричества. Это мы привыкли к центральному отоплению и дешевой электроэнергии.

– Какие еще инструменты намечены для стимулирования энергосбережения?

– Для крупного бизнеса есть система добровольных соглашений. Такие компании, как «Казахмыс», «АрселорМиттал», ENRC, будут составлять план по повышению энергоэффективности и заключать трехстороннее добровольное соглашение с акиматами и Министерством индустрии. При выполнении всех целей плана местный исполнительный орган имеет право не поднимать ставки выбросов для этих компаний, если они повышают энергоэффективность. Это большие суммы, которые уплачиваются в бюджет.

– Вы говорите: «будут составлять план». Значит, эта система не такая уж и добровольная? Что будет с предприятием, если оно откажется составлять план по повышению энергоэффективности и заключать соглашение с акиматами и министерством?

– Это добровольное соглашение, никто никого заставлять не будет. Если предприятие хочет получить государственное стимулирование, то ему придется взять при этом на себя некоторые обязательства, конечно же, на добровольной основе. Это мировой опыт в условиях рыночной экономики.

– А кто будет мониторить процесс повышения энергоэффективности в этих компаниях:акиматы, общественники или Министерство?

– На данном этапе это будет делать Министерство, потому что оно наиболее компетентно в этих вопросах. При нем есть специальный департамент, который занимается энергоэффективностью. Также Комитет энергетического надзора будет участвовать в регулировании, и он сможет даже штрафовать неисполнение обязательных норм закона. Исключением не станет и акимат, поскольку теперь и в компетенции МИО есть вопросы энергосбережения.

– Насколько велики штрафы?

– Они небольшие, стандартные, которые есть по всем статьям ведения бизнеса.

– А если, к примеру, предприятие подписало добровольное соглашение, но не исполняет его, будет ли оно оштрафовано?

– Да, ведь даже если соглашение было заключено на добровольной основе, то все равно его подписывали Министерство, акимат. Штрафы могут быть выражены в форме повышения ставок за выбросы.

– Может ли быть такое, что предприятию будет проще заплатить штраф, нежели заниматься энергосбережением?

– Нет ответа.

– Вы ожидаете прогресса в плане энергосбережения от закона?

– Международные эксперты говорят, что у нас энергосбережением заниматься сложнее, так как тарифы у нас на энергию невысокие и ее окупаемость затянута. Новые энергоэффективные технологии дороги, и с нашими тарифами они будут окупаться в течение многих лет. Это не призыв повышать тариф, но он должен быть сбалансированным, хотя тарифы постоянно растут сейчас. Если десять лет назад точно никто бы не занимался энергосбережением, то сейчас к этому идем. Сейчас вместе с законом вводятся нормы дифференцированного учета на тепло. Если у вас есть прибор учета, то вы должны будете платить один тариф, а если – нет, то тариф будет выше. Сейчас будет стимулирование, тем более по Закону «О естественных монополиях» мы еще три года назад должны были внедрить приборы учета, но к этому не пришли. Есть еще нормы по классу точности приборов учета, они будут постепенно внедряться.

– Связано ли принятие закона с дефицитом электроэнергии в стране?

– Дефицита нет, но с перспективой экономического роста он возможен. Если сейчас мы потребляем 86 миллиардов киловатт-часов, то в 2030 году ожидается потребление на уровне 170 миллиардов киловатт-часов. Но если вести эффективную политику энерго-сбережения, то эту цифру можно уменьшить до 145 миллиардов киловатт-часов.

– Давайте поговорим о комплексном плане мер.

– Он был разработан при широком участии экспертов и правительства. В течение следующих двух лет мы планируем его проработать с точки зрения экономичес-ких стимулов и бюджетирования совместно с Минфином. Это могут быть такие меры, как снижение корпоративного и подоходного налогов, двойная амортизация оборудования для компаний, которые обновляют производство ради энергоэффективности. Кроме того, мы отрабатываем сейчас вопросы субсидирования по энергоаудиту, энергоменеджменту для внедрения на предприятиях. Похожая программа уже существует у ЕБРР в Казахстане. В этой области он активно сотрудничает с ЦАТЭК, которая владеет энергоактивами в Петропавловске и Павлодаре. С помощью банка этот бизнес активно вкладывается в обновление сетей и в повышение их энергоэффективности. С другой стороны, ЕБРР предлагает бизнесу финансирование энергосбережения через банки второго уровня. Кроме того, в рамках его проекта BAS, который работает с МСБ,может возмещаться 50% стоимости энергоаудита, который для малого и среднего бизнеса составляет от 2 до 12 тысяч долларов и выявляет 15-20% потенциала энергосбережения.

– А как будут измеряться эти проценты?

– Мы работаем над проблемой статистического учета энергосбережения и нормативов. Ожидается разработка 76 стандартов энергосбережения. Вдобавок вырабатываются минимальные стандарты энергоэффективности электродвигателей. Поэтому комплексный план больше сконцентрирован на том, что предполагается проработать в плане стандартов. Он будет также учитывать отдельные планы по энергосбережению регионов и АО «Самрук-Казына». К примеру, мы недавно встречались с руководством «Казпочты» по вопросу энергоэффективности ее 4 тысяч зданий, и она готова делать их более энергоэффективными. Вообще, в целом, можно сказать, что многие предприятия делают шаги навстречу энергосбережению и сами снижают затраты за счет него. Понятно, что для разных отраслей будут разные стандарты, специальные СНИПы будут разработаны для ЖКХ, строительства, металлургии, химической промышленности. Новые здания, которые будут строиться, не будут приниматься без приборов учета. Проектные работы должны будут проходить экспертизу по стандартам энергосбережения, которую будут делать частные компании.

– Как МСБ сможет внедрять энергосбережение?

– Прямых дотаций на приобретение технологий и оборудования не будет, возможно, будут приемлемые налоговые льготы или частичное субсидирование. Малый и средний бизнес должен сам быть заинтересован в этом, так как это выгодно и окупаемо в течение нескольких лет. Не надо думать, что энергосбережение навязывается законом, он просто стимулирует рациональное энергопотребление в экономике. Нужно исходить из того, что тарифы на энергию будут повышаться с каждым годом и энергосбережение снижает косвенные расходы на оборудование.

В целом, учитывая многолетний мировой опыт, мы не собираемся делать революцию за пару лет. Чтобы продвигать энергосбережение, надо иметь три фактора. Это правильная законодательная база, высокие тарифы и информированность населения. Кроме того, необходимо понять, что модернизация экономики и энергосбережение идут вместе, тогда мы будем двигаться в этом направлении быстрее.

Данияр Сериков
"Курсив", № 29 (455), 26 июля 2012